Это вторая часть большого разговора с Валентиной Соколович — одной из самых заметных девушек-арбитров в белорусском футболе прямо сейчас. В первой части рефери рассказала, как футбол в ее жизни пришел на смену плаванию и скрипке, опыте игры под руководством Владимира Маковского, становлении в судействе, тяжелой травме и решении сменить флажок на свисток и роль главного арбитра.
Во второй части интервью Валентина рассказала о судействе матча с массовой дракой, давлении на судей, специфике работы четвертого арбитра, преподавании в БГУФК, мемах с собой и заветной цели.
Жизнь в пути, суеверия и гетры Беллингема
— По воле профессии ты часто находишься в разъездах? Возможно, бывали какие-то нештатные ситуации?
— Да, конечно, бывали ситуации. И опять же, этот матч Германии и Австрии. У нас буквально за 12 часов до вылета отменился рейс, новые билеты не приходят... Но мы держались в тонусе: не знаем, как доедем, но главное сохранять уверенность и понимание, что из любой ситуации можно выкрутиться, придумать решение.
Однажды мы ехали на игру — и у нас в маршрутке колесо пробило. То есть и такое бывает, надо понимать это. И не приезжать впритык, а в идеале — вообще ехать с ночевкой, чтобы спокойно отдохнуть перед игрой. Это мы начали практиковать в этом сезоне с девчонками.
Я считаю, что это очень классный опыт. И здорово, что Федерация нам обеспечивает гостиницу. Приехал, прогулялся, отдохнул, поспал, утром проснулся. И уже свежий, полон сил, приезжаешь на игру.
— По работе ты посещаешь разные города, разные страны. Ведешь список городов, где побывала?
— Да, конечно. Я и матчи стараюсь записывать. Потому что потом интересно вспомнить. Записываю туда и бригаду, и инспектора, и оценки. С этого сезона отмечаю самые интересные факты о матче, чтобы потом вспоминать.
Еще у нас есть традиция с моими ассистентками: мы на каждой игре делаем фотографию в судейской раздевалке. И когда открываешь на телефоне фотографии по карте, то смотришь и уже понимаешь, что на самом деле это уже достаточно большое количество мест.
— А вот какие-то места ты бы могла выделить? В Беларуси что-то удивляло, или за рубежом?
— Считаю, что в каждом городе бывает что-то такое. У меня такая позиция, есть плюсы из каждой ситуации, из каждого города. В какой бы город мы ни приехали, мы везде находим что-то интересное: какое-то место, что нам понравится, где-то это будет люди, где-то это будет архитектура. То есть что угодно это может быть. Но каждый город по-своему прекрасен.
— То есть топ-3 составить не получится?
— Нет, не получится :).
— Есть ли у тебя какие-то ритуалы перед матчем? Или просто собралась, вышла, отсудила?
— Нет, на самом деле. Будучи ассистентом, я видела, что каждый готовится к игре по-разному, но у меня такого нет. Наверное, потому что я понимаю, что это может мне помешать. Я не хочу делать какое-то действие определяющим для меня. Чтобы я не верила, что, если я это не сделала, значит что-то пойдет не так.
Я хочу быть уверена в том, что я просто выхожу на поле и делаю свою работу, которую знаю, независимо от ритуалов. Хотя многие ребята это приветствуют — мне и это нравится. Это их особенности, их индивидуальность, и это классно.
— С одной стороны, это правильно, потому что вышла, например, случайно из раздевалки с левой ноги, и думаешь, что вот что-то не то сейчас произойдет.
— Да, да, то есть это иногда может помешать. Поэтому я стараюсь не придерживаться этих моментов.
— Смотрел матч минского «Динамо» и МЛ. Одним из комментаторов был Максим Витус, бывший футболист. И он рассказывал, что какие-то тренерские штабы даже специально дают установку футболистам, чтобы они по ходу матча давили на судью и заставили его сомневаться в решениях. И вот таким образом повлияет на ход матча. Как с таким бороться?
— На самом деле, я думаю, что на профессионального арбитра это не влияет. Я делала акцент на тренерских курсах на том, что никто не находится в лучшей позиции, чем арбитр. На то он и на поле, потому что его задача перемещаться и находить тот угол, под которым он увидит полностью момент.
То есть игроки даже могут об этом не задумываться и не замечать. И поэтому просто нужно выходить с полной уверенностью, точно знать правила игры и понимать, что никто лучше тебя здесь правила не знает, и что ты принимаешь решение. И поэтому лично я давно поняла, что никакие ни крики болельщиков, ни игроков, они не влияют никак. Поэтому думаю, что это заблуждение.
— А насколько важно футболисту взять и изучить подробно правила, как считаешь?
— Это важно. Я думаю, что мало кто из игроков готов это сделать, но в любом случае Владимир Александрович [Кузьмин] читает лекции командам перед началом сезона, он делает акцент на каких-то нюансах игры, нововведениях в правилах.
Слышала даже от игроков, что они сами некоторым моментам удивляются. Даже мои студенты бывает приезжают и говорят: «А это действительно так? Вот такое вот изменение?» Или там девчонки между собой могут у меня спросить. То есть, конечно, этого мало, что-то они забывают и прочее, но это действительно идет в плюс. И поэтому, если бы они читали еще и сами правила, то цены бы не было :).
— Чему, например, удивляются?
— Касаемо экипировки, например. Была тенденция, когда игроки и в АПЛ, и в Ла Лиге выходили с порванными сзади гетрами. Беллингем задал эту моду, вот и у нас это многие переняли. На недавнем семинаре сделали акцент, что игроков в порванных гетрах даже нельзя выпускать на поле, это запрещено по правилам игры.
— И теперь везде так?
— Да, эта рекомендация идет от УЕФА, это не просто инициатива нашей федерации. Вот даже в Бресте, когда мы сделали такое замечание, футболистки отвечали: «Так а что, Беллингем же так играл!» :).
— Плохой пример получился. А вот всякие кольца заклеенные, это ведь тоже недопустимо?
— Да, это недопустимо, я не знаю, почему игроки думают, что так можно делать.
— Еще такое правило, наверное, самое спорное по жизни, правило руки.
— Да, тут тяжело в двух словах объяснить. Там нужно пересмотреть кучу клипов, перечитывать правила. Конечно, я вижу, что игрокам тяжело иногда это понять. А иногда это эмоциональная первая реакция: касание руки для них это уже сигнал, что все, если это против их команды, то это будет обязательное нарушение, а если это игрок их команды, спокойно реагируют.
Я думаю, что как бы хорошо игрок ни знал правила, эмоциональный фон во время игры все равно превыше всего. Но игра за игрой — и футболисты все больше учатся.
— Где по твоему опыту чаще симулируют? В женском футболе или в мужском?
— И в женском, и в мужском футболе есть моменты для симуляции. И тоже важно это отметить. У меня как в мужских матчах, так и в женских, это бывало. И где-то ты можешь сразу жестким решением с желтой карточкой и свободным ударом это пресечь, если это совсем явно. А когда, например, какое-то легкое касание было, но это не фол, и игрок старается усилить этот контакт — можно, пробегая мимо него, найти подход и сказать: «Нет, давайте-ка, если вы снова так сделаете, то это уже будет желтой карточкой».
— А формируется ли какой-то список футболистов и футболисток, которые любят таким пренебречь?
— Да, на самом деле выделяются игроки, которые стараются себя вести хитро, и действительно на них делается акцент. В том числе и нашим руководством, и между собой мы это уже запоминаем по своим матчам. Поэтому да, есть.
Массовые драки, капитанское решение и система-ВАР
— Читал интервью твоей коллеги Анастасии Данченко, где она рассказывала, что у нее есть «садистская мечта» — поработать на матче с жесткой дракой. У тебя был уже матч с «Зоркай-БДУ» и «Днепром» в прошлом году. А какие еще такие матчи можешь вспомнить?
— У меня был товарищеский матч, который мы даже не доиграли, потому что он закончился массовой дракой.
— Не в Сморгони ли, когда «медведи» играли с «Истиклолом»?
— Да, именно когда на эту игру мы ехали — у нас пробило колесо. Перед этой игрой было много всяких нюансов, это вообще какой-то адский день был для меня. Изначально мы планировали ехать на машине — она сломалась, мы поехали на маршрутке — колесо пробило, мы опаздываем на игру. Приезжаем в город, нас забирают представители клуба, везут на стадион — нас останавливает ГАИ.
Я приезжаю на матч — у меня средство коммуникации перестает работать. Выходила чуть успев вообще к началу матча. На каждом шагу какой-то форс-мажор… Ну и вот так получилось. Я пыталась понять причину этой конфронтации… Конечно, не снимаю и с себя ответственности, все это я проанализировала.
Но, к сожалению, закончилось все так. Не самое приятное ощущение. Ты понимаешь, что ты арбитр, ты должен был это предостеречь. Но это тоже опыт. Еще и после матча я потеряла свою кредитницу с водительским удостоверением и всеми банковскими картами…
— Замечаю, что именно в товарищеских матчах чаще всего такие более жесткие потасовки и происходят.
— Потому что игроки иногда думают, что спарринги проходят без особой ответственности, и как-то пренебрежительно к этому относятся. Нет давления, что у них на кону три очка, что каждая желтая карточка на счету… Это чуть-чуть их раскрепощает, и они чуть больше себе позволяют. Хотя и в товарищеских матчах игрок может повести себя так, что потом будет отстранен от чемпионата на энное количество игр.
— Это моменты негативные, а вот было такое, чтобы во время матча из какого-то эпизода на улыбку или смех пробивало?
— Да, такого тоже хватает, в каждом матче: и с игроками, и с ассистентками такое бывает. После матча полно забавных историй, и вот одна из последних. Это в Березино было.
Там один из игроков постоянно чем-то был недоволен, что-то ему было не так… Я ему раз предупреждение делаю, два, потом предъявляю желтую карточку — потому что уже слишком много выражает несогласия с решениями. В итоге буквально через пять минут после желтой он продолжает возмущаться.
И забавно, что после этого ко мне подходит капитан и говорит: «Слушайте, а давайте-ка мы его, наверное, заменим». Я говорю: «Это будет очень правильное решение». И его заменили. Это забавно, что сам капитан вот так понимает всю ответственность :).
— Настоящее капитанское решение, получается.
— Да, да, лидерское.
— Сто процентов у каждого судьи бывают такие моменты, когда какое-то решение принято, а потом повтор пересматриваешь и понимаешь, что ошибся. Как справляешься?
— Да, конечно. Чаще всего я приезжаю домой, уже вечером открываю ноутбук и начинаю пересматривать матч. Когда я понимаю свою ошибку после матча, то начинаю анализировать, просматриваю каждый момент, где я могла разобраться лучше, где я могла поступить иначе.
Конечно, когда понимаешь, что ошиблась, то неприятное ощущение испытываешь. Но я понимаю, что в той игре уже ничего изменить не смогу, моя задача не допустить подобного в последующих матчах.
— Ты также проходила курс арбитра на ВАР, расскажи про этот опыт и в целом свое отношение к этой системе и к ее внедрению.
— Конечно, это важно. В том числе и для европейских назначений, потому что вся Европа уже переходит на ВАР, в том числе и женский футбол. Из-за этого совсем мало турниров, которые белорусские судьи могут обслуживать в Европе. Это я смотрю с позиции арбитра.
Но при этом я понимаю, что это важно и для футбола, потому что очень грустно для каждого арбитра, очень бьет по эмоциональному состоянию, когда он ошибается — и эта ошибка влияет на исход матча. И, конечно, ВАР позволит избежать этих ошибок. Это будет хороший шаг для чемпионата. Поэтому ждем внедрения ВАР в Беларуси.
— А какие трудности могут возникнуть из-за ВАР?
— Я не буду касаться технических трудностей, это не наш вопрос. На самом деле, я думаю, что при наличии камер, при наличии оборудования все должно быть здорово. У нас судьи хорошо подготовлены теоретически. Я видела, как у нас шла работа, когда мы проводили матч с ВАР в тестовом режиме, в футбольном манеже.
Приезжали люди из Российского футбольного союза со всей системой — и у наших ребят действительно здорово получалось. Они понимали, в какие моменты нужно вмешаться, в какие нет, полностью соблюдали протокол ВАР. Поэтому я надеюсь, что с практикой это все пойдет на пользу, и для арбитров не будет с этим сложностей.
— Серьезных вопросов коснулись, чуть отойдем. Следят ли близкие за твоими матчами? Как я понял, у тебя с мамой крутые отношения, как она относится к твоей работе?
— Да, мне нравится, что у меня вся семья выражает искреннюю радость за то, что я в этой сфере, и говорят, что это классно. Конечно, чаще всего у них не получается приехать на матч, но все европейские игры они смотрят. Даже те, что я работала в качестве резервного арбитра. Всегда дают какой-то свой фидбэк. И мои друзья, близкие люди, они действительно переживают, часто смотрят трансляции, иногда даже вместе со мной ездят на матчи, и это ощущается. Большая поддержка, и еще больше ответственности, желания провести себя с лучшей стороны.
— Ты сейчас упомянула про работу резервным арбитром. Расскажи чуть-чуть специфику четвертого судьи, мне кажется, многие не до конца понимают суть.
— Работа начинается еще до матча. На европейских матчах я захожу в раздевалки, разговариваю с игроками, сверяю их номера с протоколом матча. С утра провожу совещание совместно с делегатом и инспектором и напоминаю какие-то аспекты правил, обсуждаем моменты касаемо технических зон и зоны разминки.
Потом приезжаем на матч, и там моя задача — все контролировать: начиная от того, чтобы игроки совпадали с протоколом (потому что полностью на судьях ответственность). Чтобы техническая зона, чтобы зона разминки были размечены. Во время матча мне должно быть слышно каждое слово тренеров.
Но и, помимо этого, у резервного арбитра задача также и помочь главному, потому что некоторые моменты ты можешь увидеть с другого ракурса. Есть зона ответственности, которая совсем близко к техническим зонам — нужно включаться, помогать рефери с единоборствами, где-то высказывать свое мнение по карточке, если ты считаешь его аргументированным. Потому что мы все часть бригады, и это всегда между собой обсуждается. То есть главный принимает решение, но очень важно, чтобы и ассистент или резервный арбитр высказывал свое мнение.
— То есть четвертый арбитр, он и в игре решения принимает, не только табличку с заменами поднимает :).
— Да, это все по коммуникации передается. Финальное решение за главным, но каждый высказывает свое мнение. И здорово, когда работаешь и понимаешь, что все друг за друга, как это было в Германии. Когда мы понимали, что у нас одна цель, и мы такой сплоченной командой выглядели, я искренне была в восторге.
Династия преподавателей, активный отдых и телеграм-канал
— Ты преподаешь в БГУФК, воспитываешь тренеров по футболу. Расскажи, как ты решила связать жизнь с преподавательством?
— На тот момент я заканчивала университет, и так получилось, что я распределилась дальше работать в нем же на кафедре. Мне было интересно попробовать. У нас династия преподавателей: у меня родители по образованию учителя, у меня бабушки учителя, у меня тетя учитель.
Старший брат несмотря на то, что он работает в IT-сфере, тоже дополнительно читает лекции. Это как будто в крови у нас уже, и мне всегда интересно было это попробовать. Очень рада, что так получилось. Поработав год, я поняла, что хочу развиваться в этом направлении. Сначала пошла в магистратуру, а после того, как ее закончила — в аспирантуру.
Понимаю, что хочется расти в этой сфере, укреплять свои знания. И я понимаю, что это очень помогает мне в том числе и в сфере судейства.
— В преподавании и судействе что-то общее присутствует. Нужно поставить себя, постоянно держать аудиторию.
— Да, действительно, когда ты арбитр — это не только про правила игры. Важно уметь быть коммуникабельным. Так же, когда ты преподаешь. Нужно уметь выступать на публике. Это непросто, на самом деле. Ты выходишь на лекцию или семинар, у тебя сидят молодые парни, которые тебя слушают. И твое мнение должно быть авторитетным.
Точно так же и в игре. Тебе нужно уметь стоять на своем, доносить свою точку зрения. И в том числе, опять же, студенты — это игроки нашего чемпионата: парни, некоторые девушки. Они уже тебя узнают и чувствуют твой авторитет. Когда ты выходишь на поле, они ощущают ответственность, что они не могут тебе говорить: «Эй ты, рэф!» Они понимают, что скоро придут в университет :).
— Нашел еще информацию, что ты раньше работала в «Торпедо-БелАЗ».
— Да, тренером. Классный опыт. Попробовала футбол с каждой его стороны и безумно этому рада. Конечно, это очень интересная сфера, но я понимаю, что физически мне просто-напросто не хватает времени для того, чтобы полноценно тренировать.
Шла я туда, вспоминая своих тренеров: Виталия Владимировича, Марину Александровну. Думала, буду такой же строгой, буду такую же дисциплину держать. Но когда я пришла в «Торпедо», то набрала группу маленьких крошек пяти-шести лет. Они прибегают ко мне, рассказывают, какие у них проблемы в школе — и я понимаю, что и близко не могу с ними быть строгой :).
Я понимала, что мне классно находить с ними общий язык, мне классно проводить тренировку. Но все-таки я думаю, что нужно остановиться на чем-то одном. Либо судейство, либо тренерская деятельность. И, конечно, для меня приоритет судейство.
— Так, ну про работу достаточно поговорили. Ты — любительница активного отдыха.
— Да, на самом деле. Я очень люблю ходить пешком. Даже если можно проехать на автобусе, я могу пройти круг, если мне позволяет время. Даже если это будет час-два прогулки, я с большим удовольствием гуляю.
Мне очень нравится пробовать любые активности. И все, что мне ни предложили, какой-то новый вид спорта, я пробовала и буду пробовать. Поэтому не знаю, где найти время, чтобы заниматься всеми видами :).
— А вот какие виды спорта ты не попробовала, но хотела бы попробовать?
— Вот я очень хотела попробовать сноуборд, но все мои близкие, особенно после операции, меня остерегают от этого. Но мне очень хочется, когда-то я обязательно доберусь до этого.
Не назову это спортом, но я очень хотела бы подняться в горы, куда-то высоко, переночевать там. Для меня это мечта, которая еще не реализована, но я уверена, что это еще случится. Все еще впереди.
— Продолжая тему досуга. Когда я искал информацию перед интервью, нашел телевизионную программу с твоим участием. И тебе в качестве подарка на 8 марта привели в телевизионный зал оперного певца. Любишь оперу?
— Да, это был шок для всей моей семьи, когда я это сказала. Они мне все потом звонили и говорили: «Это у тебя такое желание оказывается? Оказывается, так просто реализовать твою мечту». Да, вот так вот. Для меня еще оперный певец не пел, поэтому это был классный опыт :).
— Недавно ты стала вести свой телеграм-канал. Как появилась у тебя такая идея и какого эксклюзива ждать подписчикам?
— Я долго к этому шла, все время боялась, вдруг меня осудят. Что скажут игроки, студенты, футбольные люди, кто угодно... Наверное, вот это всегда было для меня ограничивающим фактором.
Но потом я решила, что действительно имею большой опыт в футболе, в спортивной сфере, как арбитр. Мне захотелось как-то освещать спорт или что-то футбольное простыми словами. Не научной терминологией, а так, чтобы это было таким своего рода мостиком от рефери к любому человеку из футбольной сферы или даже спорта в целом.
— Ты сказала, что перестала бояться какого-то осуждения. Мне кажется, это важное качество для арбитра.
— Да, но в целом я не могу сказать, что оно у меня пропало вот именно с появлением телеграм-канала. В любом случае, общество как-то на людей давит. Конечно, на футбольном поле это у меня уже давно пропало. Когда как арбитр выступаешь, ты своего рода, как актер театра. Тут тебя будут осуждать еще много раз. В каждом матче найдется кто-то, кто остался тобой недоволен. Но не нужно на это обращать внимания.
Это начало приходить и в жизни. Какие-то перемены происходили, я понимала, что надо строить себя, свой путь и идти, несмотря ни на что, ни на кого и не думать, что скажут о тебе люди.
— Как ты относишься к медийности судей?
— Забавно, что мы именно сегодня это обсуждали, когда возвращались из Бреста. С точки зрения медийности в соцсетях, например, я знаю, что наше руководство это не очень одобряет. Я считаю, что очень важно понимать, что ты освещаешь и в каком ключе.
— А что насчет объяснений решений судьями, как в России после просмотра ВАР?
— Лично мне это не сильно нравится. Все-таки судья должен работать так, чтобы его решение было понятно после одного только свистка, а жестами ты только добавляешь для зрителей полного понимания. И, как по мне, озвучивать еще свое решение, немножко лишнее.
Я арбитр, я должна владеть своим свистком и языком тела так, что мне не нужно еще ничего говорить. Тоже важно, чтобы тональность свистка была настолько разная, чтобы игрок с закрытыми глазами понимал насколько было интенсивное единоборство и насколько интенсивный фол.
— Вот это интересно, никогда не задумывался насчет тональности свистка…
— Да, да. И я, и другие судьи делаем большой акцент на это в своей работе. Это очень важно для каждого рефери: разная мощность свистка, продолжительность — все отличается. Будто каждый свисток — это слово.
«Крылья» Наутилусов, «Валя, замена!» и если тату, то какое. Блиц!
— А теперь блиц! Самый памятный матч в твоей карьере?
— Наверное, это первый матч на международной арене в качестве ассистента, который проходил в Сербии. «Спартак» (Субботица) играл с «Русенгордом» из Швеции. Это был второй отборочный раунд женской Лиги чемпионов.
— Что ты любишь в футболе больше всего?
— Эмоции.
— Если бы ты могла ввести новое правило, какое это было бы правило?
— Не обсуждать решение арбитра :).
— После матча чаще хвалишь себя или ругаешь?
— Не могу сказать, что я хвалю себя. Скорее так отношусь: «Да, я исправила свою ошибку из прошлого матча». Нет такого, чтобы: «Я молодец». Хвалю своих ассистенток. Мне очень нравится, как они растут. Я ими от игры к игре восхищаюсь. А себя все же чаще ругаю.
— Какая песня в твоих наушниках звучит чаще всего?
— Чаще всего... Наверное, Nautilus Pompilius – «Крылья».
— Самый абсурдный комплимент, который тебе делали на поле?
— Наверное, абсурдный комплимент — когда переходят на твою внешность, для рефери это абсурдно. Не будем их вспоминать, просто абсурдно делать комплимент рефери по поводу ее внешности.
— Есть ли у тебя любимый мем?
— Я бы хотела рассказать про наш локальный мем с девочками. Мы приехали на сбор, и я не знаю почему, но мы переняли у представителя департамента фразу «Без конфликтов». А потом вспоминали про нее в каждом удобном случае.
Еще одна смешная ситуация произошла недавно. Тогда придумали уже мем со мной. Я работала главным арбитром на матче сборных Беларуси и России до 16 лет. А наши девчонки из сборной до 15 лет сидели на трибуне. И так получилось, что и я была вся в игре, а у четвертого арбитра не было коммуникации. Игра еще прямо под штрафной, угловые один за другим… В одно ухо слышу помощниц на бровках, во второе игроков, а резервный арбитр мне все это время кричит «Валя, замена!» Я не слышу она мне снова — «Валя, замена!». Ну и так несколько раз, пока я не услышала. Потом мне уже мои близкие рассказывали, что они сидели на трибуне и слышали, как девчонки со сборной U-15 все это обсуждали и придумали новый мем «Валя, замена!» :).
— Какая цель у Валентины Соколович в футболе?
— Цель — достигнуть самых больших высот, конечно. В идеале — отсудить финал мужской Лиги чемпионов. Когда-то рассказывала это в основном своим близким, но расскажу и тебе: я пообещала всем вокруг, что как только отсужу финал Лиги чемпионов, то набью себе татуировку кубка.
— Лиги Чемпионов?
— Да, и дату.
— Насколько большую?
— Да небольшую, где-нибудь поближе к сердцу. Это единственная татуировка, которую я смогу себе позволить. Других у меня точно не будет. Поэтому если татуировка, то только такая.
Фото в тексте: архив Валентины Соколович
