— Юрий Пунтус по ходу сезона принял решение уйти, и в команду пришёл Альберт Рыбак. Из «Белшины». Из прошлого.
— Значит, у вас должны были быть хорошие отношения?
— Прекрасные (смеётся). Но всё равно я остаюсь в клубе. Возможно, они просто не нашли замену. Они хотели найти игроков. Там была такая ситуация, что могли бороться за вылет и нужны были игроки. Я там выходил, не было такого, что я не выходил. Но потом, как только стало понятно, что мы не вылетим, мне звонят из отдела кадров и говорят, что хотят урезать зарплату. Это был сентябрь.
Я спрашиваю: почему? А там говорят: «А тебе директор не говорил разве?»
Потом мне урезали зарплату в одностороннем порядке. Но я не могу пойти куда-то, расторгнуть контракт и уйти в другое место. Зачем мне было сидеть в Новополоцке, и тогда у меня появились мысли закончить, что в целом всё, хватит.
Я нашёл работу. Разбирал в InStat хоккей. В моменте я понимал, что вариантов после такого сезона может не быть. Я обучился в конце. Дошло до того, что мне обрезали за ноябрь месяц 80 процентов зарплаты.
— Что это за отношение такое к тебе было или к другим футболистам?
— Только ко мне. Честно, я не понимаю, могли сказать летом: мы тебе снимем зарплату, у меня хотя бы выбор был бы. Я бы мог пойти в другую команду, в минскую команду, за те же деньги, что мне предлагали в «Нафтане», но я бы был дома и занимался чем-нибудь другим. Я не понимаю, как так можно было сделать.
— А какую причину привели?
— Да. «Ты плохо играешь! Ты бледная тень прошлогоднего Терентия». Как бы это смешно ни звучало. Ну, я же не могу переубедить, — вспомнил Луцевич в подкасте «На банке».
