— Валерий, что произошло в Сморгони?
— Была стычка в штрафной, после которой я не сдержал эмоций. Честно, даже не помню, что говорил. Эмоции захлестнули, после этого увидел перед собой «красный свет».
— Слова «черное шимпанзе» действительно прозвучали?
— Именно таких слов я не применял — это точно. Были слова, но другие, насколько помню. Сейчас в Сморгони, мы только что встретились с Интсоеном, поговорили, все уладили. Я перед ним извинился за свое поведение, за свою эмоциональность, за то, что наговорил некультурных слов. Извинения были обоюдными. Он сказал, что никаких вопросов ко мне не имеет — мы пожали руки.
— Это ваша личная инициатива или так подсказали в клубе?
— В первую очередь моя, но и в клубе сказали, что могу это сделать. Интсоен сразу согласился на встречу, никаких вопросов не было.
— Вы же раньше играли с чернокожими футболистами в одной команде?
— Конечно, играл. В «Торпедо-БелАЗ» с Эвансом Менса. У нас с ним было даже отдельное празднование гола, свое индивидуальное приветствие. Все скажут, что ничего плохого я не делал. И Ян Аффи так скажет, и Жан По. Со всеми хорошо общался. Слишком многого хотят из этой ситуации. Да, неприятный инцидент, но…
Не имею никаких претензий к цвету кожи, я не расист. Много с кем играл, наберите любому, они скажут обо мне только хорошее.
— Вы — спокойный человек?
— Да, но у каждого бывает такая эмоциональная выхолощеность, что трудно себя контролировать. Так получилось, вины с себя не снимаю.
— Сильно переживаете?
— Очень сильно. Я подвел команду, а если бы пропустили в матче гол… Тут еще дисквалификацию могу получить. Я все очень близко воспринимаю к сердцу, трудный период.
— Спали ночью?
— Можно сказать, что не спал вообще. Надеюсь избежать большой дисквалификации. Посмотрим, что судья скажет на заседании, — сказал Горбачик.
